ПОСЕЛОК У МАНЫЧА

Когда мы въезжали в поселок, пал редкий для этой местности густой туман, видимость стала не более десятка шагов, автомобиль крался на предельно малой скорости. Впечатление было таким, будто природа пытается от тебя что-то скрыть, или ты перешел волшебный портал, проник в удивительное, сказочное место. Второе оказалось верным. Утром ветер разогнал последние лоскутья тумана, и открылись великолепные виды.

Степной Курган – поселок в Сальском районе Ростовской области, Сальские степи, о которых немало было написано в журнале «Сельская молодежь» – про здешние места. Исторически – Область Всевеликого войска Донского, да и сейчас казачьи традиции держатся крепко. Здесь очень много пространства, места. До горизонта – равнина с обработанными полями, низкими лесополосами, гладь широкого залива реки Маныч, с бесчисленным количеством разномастных уток и белоснежных лебедей, изящно встающих на крыло, обучая летать сереньких еще подростков-лебедят. А под той гладью неслышно скользят очень вкусные рыбы, говорят, что рыб стало меньше, но все равно на всех хватает. За Манычем – снова равнина без края. Потому здесь бывает сильный ветер и необыкновенно красивые, прихотливых форм облака на закате, каких в других местах не увидишь. Городскому парню или девчонке, с нервами, заточенными под другую волну, сначала потребуется краткий период привыкания. Здесь о-очень спокойно. И очень много места.

Здесь яблоки можно подбирать с изумрудной травы и есть, шпалеры, террасы, фасады домов обвивают виноградные лозы с кистями синих плодов, а в этом году случился небывалый урожай груш. В каждом дворе и в общественных пространствах – красивейшие кусты роз и помногу, словно у персидских шахов. Почти у всех хозяев – живность. У кого коровы, у других овцы. Породистые куры и голосистые петухи, утки домашние живут вместе с дикими едва ли не повсеместно, у дороги перед забором, даже в специальных водных загонах – у кого участок близко от воды. Изящные лебеди имеют дурной нрав, они инстинктивно разоряют гнезда других водоплавающих птиц, чтобы те не покушались на их, лебедей, кормовую базу. Для этого, наверное, и сетчатые вольеры. Величаво расхаживают дикие фазаны.

И крикливые, взбалмошные, кусачие гуси, бывает, крупнее иной собаки. Множество сытых кошек, иногда целыми семействами глядят круглыми глазами, или без спешки идут по своим кошачьим делам, не обращая на тебя внимания. Собаки во дворах – особая статья. Они мелкие и беспородные, такса с головой дворняги, бульдожка на крепких высоких лапах, встретилась даже рослая визгливая кудрявая полуболонка. По слухам, собаки – местная сигнальная система. Они не должны никого кусать, грызть многочисленную живность, а только облаять чужака, подать сигнал голосом. Да и корма мало потребляют. Но чем меньше собачка или щенок, тем меньше для них сколочена аккуратная будочка. Хотя здесь очень много места.

В каждой семье – минимум один автомобиль, это необходимость, при таких-то просторах. У молодежи, как водится, модели постарше, еще советской разработки, с внешними следами ремонта. Рядом с некоторыми подворьями грузовики, тракторы, прицепы различных назначений. В таких домах живут фермеры. Когда колхоз акционировался, они предпочли остаться в привычном жилье, в поселке, а на свои, порой отдаленные, участки ездят на машинах. Один житель для своих детей или внуков не поленился, сварил из надежных железок подобие танка – играть в танкистов. Во дворах и на берегу – моторные лодки.

Если ты идешь по своим делам, с тобой дружелюбно поздороваются на улице незнакомые люди, тинейджеры – всегда. Так их учат в местной школе: «Если это твой знакомый или просто местный, поздороваться – обычная вежливость по отношению к соседу. А если ты видишь, что человек приезжий, даже твой ровесник – приветствуешь гостя». От такого отношения даже на душе теплеет.

Изгороди подворий низкие, не то, что перепрыгнешь – иной раз перешагнешь. Хозяева, у которых жил автор этих строк, люди совсем не бедные, ворота не закрывали даже на ночь, хотя во дворе стояли пара недешевых автомобилей. У кого-то на ветру вполне по-свойски сушится одежда, поздней осенью в огороде в открытом грунте спеют красные сладкие перцы. Местные жители не знают, что такое тросовый велосипедный замок, то есть знают, конечно, но на практике не применяют. Не потому, наверное, что в поселке на чужом двухколесном транспорте далеко не уедешь. Но ведь пришельцы, особенно рядом с трассой, могут покуситься. Просто в голову людям такое не приходит. Однажды встретился даже спортивный мотоцикл вполне боевого вида. Стоит себе неподалеку от калитки, заводи да газуй. Фотографировать без хозяев было неловко, неучтиво, но, поверьте, он там стоял, красивый и мощный.

Улицы просторные, разъехаться вполне можно. Из-за оград видны дома, обязательные летние кухни. Дома разные – старые и новые. Новые дома – побогаче. А старые – исторические. Около сотни лет назад, в первые годы советской власти, здесь организовывалась поначалу агробаза, а потом и совхоз. Дома поначалу строили из саманных блоков. Потом, когда жить стали побогаче, обложили кирпичом – здесь был свой кирпичный завод. Одноэтажные дома строили на две, а некоторые и на три семьи – дом один, два-три входа и два-три участка земли. Так осталось и поныне. Позже построили несколько трехэтажных многоквартирных домов – общежития для приезжающих специалистов. Теперь эти дома разделены на квартиры. Почти как в городе – только позади для каждого домохозяйства нарезан кусок земли, там созревают яблоки, овощи, и что кому потребно. Даже здесь по городским меркам очень много места.

В 1907 году, воспользовавшись условиями Столыпинской реформы, здесь основал конный завод и усадьбу мещанин Феодонтий Яковлевич Корольков. Хозяином он оказался рачительным, лошадей растил правильно и по многу – здесь очень много места – и поставлял их в армию. Хватило и для Красной армии: в 1934 году вместо агробазы был образован племхоз имени Буденного. Тот кто думает, будто достопримечательности есть только в городах, не путешествовал дальше экрана своего электронного устройства. От Феодонтия Яковлевича остался красивый дом с резным убранством, построен так надежно, что до сего дня обитаем.

На берегу залива встречаются отнесенные в сторону от жилья строения очень необычного вида. Это хозяйственные постройки – гусиный хлев почти по Гоголю, хранилище удобрений, что-то утилитарное. Строения эти напоминают жилища сказочных персонажей, знахарей и ведьм, никакая нейросеть такого не нарисует для киношников-сериальщиков. Но никакого волшебства, кроме впечатления, нет. Просто в степях мало дерева, пиломатериалы дороги, и раз построенный сарай поддерживается в функциональном состоянии, несмотря на неказистый и загадочный внешний вид.

Давешний туман оправдал обещания. Поселок Степной Курган и окрестности постепенно раскрывали необычные особенности. Англичане гордятся величественными руинами своих замков. Но и у нас таких мест немало. В годы советской власти в Степном Кургане все еще занимались лошадьми. Осталась с размахом построенная конюшня, правда, пострадавшая от времени, но все еще величественная и архитектурно замечательная, словно портал в иное, удивительное измерение. Простор для фантазии ролевиков и реконструкторов, которых, может быть, сюда занесет, для фестивалей и благонравных развлечений – и внутри и снаружи очень много места.

Здесь до конца 1960-х годов разводили, и в окрестностях пасли лошадей донской породы. Высокие, резвые и выносливые, они были потребны для армии. Отдельно в Степном Кургане разводили и скаковых лошадей той же породы, побеждавших на соревнованиях в Ростовской области и в РСФСР.

Конюшня частично используется под склад, и, возможно, будет восстановлена. Лошадей в Степном Кургане, к сожалению, почти нет. От совхоза остались амбары в поселке. Скажут: современная молодежь сформирована иначе, им нет дела до каких-то ваших амбаров. Ан нет, впечатление как раз и формирует восприятие молодого человека. Эти вечные, посеревшие от непогоды и ветров амбары есть символ хозяйственного уклада, трудолюбия, коллективной деятельности – такую махину сам-друг не поставишь.

Есть еще минимум одна уникальная, хоть и органичная для здешних мест достопримечательность – памятник красному комкору Борису Мокеевичу Думенко скульптора Ивана Жукова. Стремительная конная группа в кавалерийской атаке несется вперед и вверх буквально посреди степей, у дороги. Вокруг нет ничего, только бескрайние обработанные поля, да в порядочном отдалении, в хорошую погоду видны дома селения. Для кавалерии – то что надо, полк может развернуться лавой, и для конной батареи место найдется, места здесь очень много.

Вахмистр царской конной артиллерии, Думенко создал первый в Красной армии регулярный кавалерийский корпус. В былые времена его слава превосходила славу Семена Михайловича Буденного, и местные жители гордятся своим земляком. Дело не в том, кому поставлен этот памятник, «красным» или «белым». Это не холодное изваяние – это стражи здешней земли. И если настанет угроза, если сюда ступит нога врага, раздастся гулкая команда: «По коням! Садись!». Клочья тумана срастутся, оформятся в кавалерийский строй, «красные» вместе с «белыми» подравняются. Плеснут, развернувшись на ветру клочьями и прорехами старые, истлевшие, шитые золотом знамена, и красные флаги в руках рослых знаменщиков. Кони пойдут шагом, горнист, поднявшись в стременах, протрубит сигнал, и всадники перейдут на прибавленную рысь, степь вздрогнет под кажущимися невесомыми копытами, стряхивая с себя, валя с ног теряющего равновесие врага. С вершины памятника сорвется командир на своем легконогом золотистом «дончаке», за ним его конники. «К атаке! Марш, марш!». Враги побойчее и их главари, бросая технику и оружие, проворно обратятся в бегство. Большинство же падут ниц, умоляя пощадить, чтобы дымчатый клинок не снес с плеч дурную голову.

Именно такая картина в подробностях представляется, когда стоишь на ветру у подножия памятника. В 1990-е, когда жизнь была тяжела, его чуть было не разобрали для нужд сельского выживания. Но кавалеристы и их кони выстояли, теперь они почти полностью в прежнем виде, помнят и ценят заботу тех, кто их восстанавливал, не обижаются на жителей, что от них покорыствовались, готовы к своей вечной службе. Сюда надо возить окрестных учащихся автобусами, из районного центра Сальска, из города Ростова, и добровольно-принудительно высаживать юных пассажиров из транзитных автобусов – потом еще спасибо скажут. Рядом с памятником есть парковка, разумные люди позаботились заранее. Чтобы учащиеся в своем воображении седлали драгунских и казачьих коней, чтобы, заправив под подбородок ремешок фуражки, неслись в атаку на бегущего в ужасе врага. И электронные устройства – только для фотографирования, это непременно.

В поселке памятник уроженцам Степного Кургана, не вернувшимся с Великой Отечественной войны, заботой администрации содержится в идеальном состоянии. Рядом с ним площадка с видом на залив, архитектурно оборудованная не хуже, чем в каком-нибудь областном городе. Вид на простор залива, и очень много места.

Казачьи традиции в этих краях сильны. В областном центре, обустроенном и современном городе Сальске функционирует Казачий лицей, учат инженерным железнодорожным специальностям. По понедельникам построение по выходной форме – китель, алые погоны с шифровкой, белая рубашка, галстук, фуражка; повседневная форма – камуфлированная. На занятиях учащиеся всегда в форме. В начале недели на разводе – общая молитва, гимн России, гимн Всевеликого войска Донского. Наставляет иерей Дмитрий (Федоров), настоятель храма Дмитрия Ростовского, благочинный Сальского Восточного благочиния. Он же преподает предмет «Основы православной культуры».

Кадеты участвуют в Соревнованиях допризывной казачьей молодежи: казачья верста – 1067 метров бегом, подтягивание, другие спортивные дисциплины. Учиться здесь для Сальска престижно. Ученики лицея – неоднократные победители губернаторского смотра Ростовской области. 14 октября, на Покров, регулярно проходит губернаторский смотр. Обычно проводится в Новочеркасске, столице Донского казачества, возле Патриаршего Вознесенского войскового всеказачьего собора. Но сейчас, временно, массовые мероприятия проводить нецелесообразно, юные казаки соревнуются по местам обучения.

Коллектив и учащиеся лицея поддерживают связь с выпускниками. Если кто-то из участников СВО приходит в отпуск, обязательно посещает свой лицей, рассказывает о пережитом, о воинском братстве. Если кто-то приходит по ранению – лицей поддерживает. Учащиеся плетут маскировочные сети, собирают посылки для военнослужащих.

Поселок Степной Курган не маленький – около 2000 жителей. В здании администрации исправно работает банкомат. Есть пункт выдачи известного маркет-плейса, в небольшой кирпичной будке.

В магазине хозяин ненавязчиво спрашивает: «Вы тут поселились, или в гости?». Должен знать покупателей. К магазину пристроен одноэтажный кирпичный жилой дом, или наоборот? В торговых точках нет крепкого спиртного, кроме одного магазина, что у трассы. На ухо шепнули, что, якобы, лицензия дорогая. С тем, как рано утром в столице из модных баров вываливаются, в меру сил поддерживая друг друга, совершеннолетние косматые парни интеллектуального труда и их модные девушки, разница существенная. В праздничный день незнакомые среднего возраста люди в Степном Кургане, наверное, друг другу соседи, готовили шашлык на просторной зеленой площадке под деревьями, здесь много места. Радушно предложили шампур с мясом, овощи, зелень и пиво. Пришлось искренне оправдываться:

– Благодарю. Не могу. На работе.

В ответ взрослый парень весело смеется, шутит, демонстрируя кружку пива:

– Я тоже!

К сожалению, от угощения нужно было отказаться. В Степном Кургане очень гостеприимные люди, даже по отношению к незнакомцам. В поселке безопасно, можно пройтись к заливу ночью, ранним утром. Редкий водитель на улице даже сигналить, моргать фарами не будет, снизит скорость в твой шаг, подождет, пока не обернешься на звук двигателя, не посторонишься.

Одна неприятность – нет магистрального газа. Но об этом в следующей части репортажа.